Aleksandras Vityazas yra ikoninė IT bendruomenės figūra. Jis 17 metų vadovavo CEB (elektroninio verslo centrui).
</ img>
Ekrano kopija iš vaizdo įrašo „YouTube“ kanale „Didžioji žuvis su Aleksandru Kolbu“
Corezoid pajamų gavimo modeliai yra SaaS irOnPremise, šiuolaikiška ir suprantama verslui – programinės įrangos naudojimo prenumerata arba įsigijimas. Corezoid Inc. klientai yra: dideli bankai, mažmeninės prekybos tinklai ir tarptautinės korporacijos. Nors privatus verslininkas taip pat gali naudoti Corezoid, pavyzdžiui, sukurti pokalbių robotą. Tiesą sakant, mes ketinome kalbėti konkrečiai apie pokalbių robotus, tačiau Aleksandro Vitjazo akiratis ir matymas yra tokie platūs (pavyzdžiui, jis įsitikinęs, kad viską pasaulyje galima apibūdinti naudojant aktorių grafikus, ty kurti ir skaičiuoti ryšius tarp visų elementų. sistemą, apie tai jis rašo monografiją „Aktorių kodeksas“), kad pokalbis nuspėjamai apėmė platesnes temas – nuo pokyčių programuotojų rinkoje atsiradus AI ir balso sąsajoms bankininkystės programose iki mažos papildytos realybės akinių autonomijos ir energetinio komunizmo atsiradimas.
gg: Kaip įmonės gali gauti naudos iš pokalbių robotų?
Aleksandras Vityazas: Ateisiu iš jokerio – pokalbių botai kaip atskira rūšisprograminės įrangos nėra. Tai, kas kasdieniame gyvenime vadinama pokalbių robotu, yra programa, kuri pokalbyje turi „priekį“. Esminė bet kurios programos dalis yra „nugara“ ir „viduris“, ten yra logika ir architektūra. Jei turite pirmąjį ir antrąjį, turite viską, kad galėtumėte sujungti bet kurį „priekinį“ (arba kelis tuo pačiu metu). Pavyzdžiui, jei jūs geriausiai mokate skaičiuoti nuodėmę, tai nėra svarbu, kuriuose frontuose įvedamas x ir išvedamas nuodėmės (x) rezultatas, tai yra tik kliento pageidavimas. Idealiu atveju klientas turėtų sklandžiai keliauti tarp skirtingų frontų
Pokalbių robotas yra „priekis“, po kurio gaubtu„vidurinis“ ir „galinis“. Su tuo klientas bendrauja. Jei teisingai suprojektuosite tai, kas yra po gaubtu, priekinių dalių skaičius gali būti neribotas. Mes sutelkiame dėmesį į algoritmus. Ir iš tikrųjų, jei tai padarysite neapgalvotai ir pradėsite kurti pokalbių robotą, greičiausiai architektūra nebus tinkama programai. Turėsite viską perdaryti, kai norėsite arba pribrendę. Ir jei pažvelgsite į tai, kad pokalbių robotai yra vienas iš galimų algoritmo „priekio“, tada viską „nugaroje“ ir „viduryje“ padarysite teisingai. Ir robotai, ir programa, ir svetainė ramiai egzistuos – nesvarbu.
Nekyla klausimų apie pokalbių robotų naudą – naudąbet koks bendravimo būdas ir bendravimo su klientu būdas yra geras, kuo didesnis įmonės bendravimo paviršius, tuo geriau. Problema yra komunikacijos valdymo, matavimo ir sprendimų priėmimo organizavimas. Žinoma, jei turite 5 klientus, tada parašyti prašymą ar net botą yra neracionalu.
Pokalbių robotai gali išspręsti bet kokią problemą,nes algoritmas yra ne pokalbių robote, o gale. Be to, naudoti robotą kaip programos priekinę dalį yra pigiau ir greičiau nei kurti vietinę programą.
gg: Sprendžiant iš ankstesnio jūsų įmonės pavadinimo, ar specializuojatės tarpinėje programinėje įrangoje?
Aleksandras Vityazas:Padedame nutiesti tiltus tarp backend,„priekinė“ ir išorinė programinė įranga. Mūsų uždarbio modelis yra licencijos pardavimas. Klientas užsiprenumeruoja arba perka visą licenciją. Kartu teikiame paslaugas viso to įgyvendinimui, padedame pradėti, apmokome ir pan. Mūsų specializacija yra skaitmeninė šerdis (viduryje, gale ir viskas tarp jų ir priekyje). Pavyko sukurti tokią platformą, kuri palaipsniui įsisavina visą įmonės programinę infrastruktūrą. Mes to neplanavome taip, bet evoliuciškai taip išėjo: jei sukursi kraujotakos sistemą, anksčiau ar vėliau turėsi sukurti širdį ir smegenis.
</ img>
Iliustracija: Corezoid kaip orkestrantas
gg: Tai yra, jūsų įmonės sinonimas yra integratorius?
Aleksandras Vityazas:Yra universalesnis terminas – orkestrantaspaslaugas. Mūsų klientai tuo naudojasi, tai pramonės koncepcija. Integratorius yra per siaura sąvoka. Prisijungta ir kas toliau? O orkestrantas yra ir ryšys, ir valdymas. Nepakanka prijungti visus laidus, vis tiek reikia viską valdyti. Tarp vardų, kuriuos turėjome, buvo režisierius ir dirigentas, bet tai neišliko. Iš pradžių tai buvo vamzdynas, kuris virto paslaugų orkestru, vėliau operacine sistema, vėliau pradėjome kurti skaitmeninį branduolį, po kurio perėjome į Actor Engine kūrimo lygį. Dabar sukūrėme galimybę sujungti aktorius į aktorių grafiką, o Corezoid tapo orkestru. Reikšmės tikrai buvo išsaugotos, o supratimo apie tai, ką Corezoid stato, lygis kokybiškai išaugo.
</ img>
Iliustracija: Corezoid kaip ERP sistema
gg: Kaip vertinate pokalbių robotų rinką Ukrainoje?
Aleksandras Vityazas: Matuoti nėra prasmės, bet riboje jis lygusgyvų verslų skaičius. Klausimą formuluočiau kitaip: kiek įmonių reikia bendravimo su klientu? Visi. Ir visiems darbuotojams. Tai yra atsakymas į klausimą apie rinkos dydį.
gg: O kiek jūsų įmonės yra pokalbių robotai?
Aleksandras Vityazas:Pakeiskime žodį „chatbot“ į „priekis“.Mūsų įmonės darbe visada yra vietos „priekiui“, nes „backend“ ir „middle“ turi kažkaip bendrauti su vartotoju ir kažkam kažką parodyti. Bet kas tai yra ir kokia dalis to ar kito tipo „frontend“ yra situacinė. 100% savo klientų tiekiame skaitmeninį branduolį, kai kurie prie jo jungiasi tik pokalbiais, kiti – programa, kiti vienu metu.
gg: Jei IT šiame pasaulio paveiksle visada yra susijęs su komunikacijomis, paaiškėja, kad jūs globaliai dalyvaujate automatizuojant viską, ką galima automatizuoti?
Aleksandras Vityazas:Tikrai ne.Nes dar ne viską galima automatizuoti ir ne visko reikia. Jeigu pagalvotume šiame kontekste, tai asfalto klojėją galima vadinti ir komunikatoriumi ar pasiuntiniu. Juk kai tiesiame kelią, žmonės turi galimybę kur nors nuvažiuoti, pavyzdžiui, vieni pas kitus, pabendrauti. Tai yra, kelią tam tikru mastu galime laikyti pasiuntiniu. Ar tai automatizuota, ar ne, yra antras klausimas. Kai kuriose vietose tai įmanoma ir nekenkia bendravimui. Kai kur sunku.
Tam pačiam GPT sunku atsakyti į mano klausimus. Bet jei savo klausimus kreipsiuosi į kokį nors profesorių, šiandien jis man atsakys geriau nei GPT. Kol kas geriau.
Tuo pačiu GPT jau dabar labai padoriai atsako į skambučių centro operatoriaus lygio klausimus
Svarbu sukurti bendravimo kanalus, lengvus irgreitai. Bet kaip ten bendrauti? Kokia automatizavimo dalis juose yra valdymo reikalas. Pavyzdžiui, šiandien mes jau patys nusprendėme, kad į pirmąjį paramos lygį atsakys GPT. Ir antras lygis – jei klientas nepatenkintas pirmojo lygio atsakymais (pavyzdžiui, jis duoda blogą įvertinimą NPS), mes tai jau perkeliame žmogui. Tai visai normalu.
gg: Kas mūsų šalyje vyrauja pokalbių robotų platformose – „Telegram“ ar „Viber“?
Aleksandras Vityazas:Viskas priklauso nuo segmento, kai kur Viber yra Nr.1, kai kur Telegram. Tai yra, teisinga nedelsiant sujungti visus kanalus ir suteikti klientui pasirinkimą.
gg: Kokio dydžio įmonėms kreipiatės?
Aleksandras Vityazas: Visai bet ko. Nuo privačių verslininkų iki didelių korporacijų. Didžiausias klientas turi 200 mlrd. Corezoid.com prenumerata prasideda nuo 30 USD per mėnesį.
gg: Kokius įgūdžius turėtų turėti privatus verslininkas, norėdamas naudoti Corezoid?
Aleksandras Vityazas: Kas yra privatus verslininkas?Tai ne profesija. Jei jis yra privataus verslininko inžinierius, jis iš karto supras, ką reikia padaryti. Jei kirpėjas yra privatus verslininkas, jam tikriausiai bus sunku. Mums reikia inžinieriaus ir apmokyto verslo analitiko įgūdžių. MySQL, šiek tiek JavaScript. Galite juo naudotis visai neturėdami šių žinių, bet iš tikrųjų negalėsite padaryti nieko vertingo. Jums reikia tam tikro inžinerinio išsilavinimo – specializuoto išsilavinimo arba praktinio darbo patirties. Poreikis priklauso nuo problemos, kurią sprendžiate.
Jei reikia pagaminti paprastą robotą, žinoma, inžinieriaus tam nereikia.
Jei yra koks nors sudėtingas projektas ir jame yra milijonas algoritmų, to negalite padaryti be aukštos kvalifikacijos inžinieriaus.
gg: Kokius veiksmus reikia atlikti kuriant pokalbių robotą?
Aleksandras Vityazas: Įmonė turi žinoti 2 dalykus – turėti pramonės žiniųapžiūrą ir eikite į corezoid.com, visa kita mes padėsime, parodysime, išmokysime, paleisime ir palaikysime. Mes teikiame paruoštą komunikacijos organizatorių (nepainioti su paslaugų organizatoriumi), jis leidžia konfigūruoti visus komunikacijos kanalus: pokalbius, paštą, balsą, formas, komentarus, pridėti gpt, o tada valdyti klientus, operatorius, robotus, turinys ir renginių kalendorius.
gg: Kokie Corezoid pranašumai kuriant pokalbių robotus?
Aleksandras Vityazas:Viskas viename – priekyje-viduryje gale, atsiskaitymas, kova su sukčiavimu,AI, CRM, mokėjimai, mokymai ir puiki patirtis. Corezoid pagalba buvo sukurti pokalbių robotai Sinevo, FUIB, Metro, UZD, Ibis ir daugelyje kitų. Iš pastarųjų kai.ai yra labai naudingas ir perspektyvus psichologinės pagalbos projektas.
gg: Kokie sunkumai ir rizika kyla kuriant ir paleidžiant pokalbių robotą verslui?
Aleksandras Vityazas: Egzistuoja architektūrinė rizika – jei jis nebus tinkamai suprojektuotas, tada sprendimo lankstumas bus mažas, o modifikacijų kaina – didelė.
gg: Kaip matuojate pokalbių roboto sėkmę?
Aleksandras Vityazas: Bendra verslo metrika:klientų skaičius, sandoris, pokalbio balas, NPS (klientų lojalumo indeksas, Net Promoter Score, apklausos technika, kurios metu kliento prašoma įvertinti nuo 1 iki 10 tikimybę, kad jis rekomenduos įmonę savo ratui – red. pastabagg). Atsiradus Didžiosios kalbos modeliui (LML), įvesime netiesioginį vertinimą, pavyzdžiui, pagal kliento kalbos toną.
gg:Pasirodo, pokalbių robotai turi prasmę tik tada, kai turite didelę auditoriją?
Aleksandras Vityazas:Pokalbių robotai yra ne tik apie komerciją, bet irapie bendravimą. Tai patogus kanalas klientams užduoti klausimus. Tačiau pokalbių robotas vis dar yra komandinės eilutės komunikacijos formatas. Jei, pavyzdžiui, reikia įkelti tūkstantį pozicijų, messenger tikriausiai nėra pats patogiausias formatas.
Mūsų pasaulyje pokalbių robotai neatmeta programų. Jie papildo vienas kitą, pokalbiai iškviečiami iš programos, programos – iš pokalbio. Teisingas atsakymas yra tas, kad viskas turi būti padaryta, tai yra bendravimo indai.
Kai kuriems eksperimentams, hipotezių tikrinimui – aišku, kad chatas yra pigiausias kanalas
Greitai sukūriau algoritmą vidinėje programoje, paleidau robotą,Pažiūrėjau, kaip į tai reaguoja klientai. Tada perkelkite jį į programą. Kaip smėlio dėžė eksperimentams, MVP, pokalbių robotas yra tinkamas sprendimas. Nes šiuo atveju jums nereikia susidurti su „priekiu“. O jei kuriate aplikaciją, tuomet turite dirbti trimis kryptimis vienu metu: Android, iOS, brangūs žmonės ir visa kita. Klaidos kaina, jei idėją iškart paverčiate programa, tikriausiai yra dešimtys tūkstančių dolerių ir mėnesių laiko.
gg:Jei kas nors nuspręstų savo įmonei paleisti pokalbių robotą, nuo ko rekomenduotumėte pradėti?
Aleksandras Vityazas: Давать советы очень легко (смеется). Если кому-то пришла именно идея “запустить”, то это беда. Потому что он даст команду сделать чат-бота. Ему что-то склепают, а дальше начинается реальная жизнь — доработки, расходы и прочие открытия. То есть этот чат-бот (приложение, сайт — не важно) постоянно будет отвлекать внимание, и все это сразу становится точкой расходов. А вот, чтобы превратить это в точку доходов, надо серьезно поработать и подумать. Программист это за менеджера не сделает.
Какой тут выход? Думать, проектировать. Если нет опыта, то или куда-то обращаться, или выращивать своего специалиста. Serverless — это же парадигма правильная. Она, конечно, не развилась до правильного вида, так, как была задумана. Но концепция облачного хостинга, в теории правильная. Раньше ты обслуживал сам сервер — покупал, чинил. Плодил этих девопсов вокруг. Теперь все переехало в облако, но девопсов же меньше, кстати, не стало. Потому что serverless в облаках пока не случился. То есть все равно я там покупаю сервера. Да, я их у себя не держу, но все равно я мыслю серверами, версиями ОС и прочими процессорами. Это большая проблема.
Bet kada nors aš nebūsiu šiomis kategorijomisgalvoti. Pramonė juda šia kryptimi, bet dar nepasiekė finišo. Dirbsiu su kokia nors duomenų baze ar žiniomis. Ir nesijaudinkite dėl klausimų - koks procesorius yra, serveris ir kiek atminties nusipirkau ar ne.
gg: Известно ли вам что-то об использовании чат-ботов в Украине в сфере образования?
Aleksandras Vityazas: Наши клиенты используют чат-боты для обучения сотрудников и клиентов. Но, повторюсь, обучение — это контент и алгоритмы, а не фронт.
Švietimo srityje turime fenomenalų klientą spilno.school, būtinai pasiskaitykite kur ir kaip juda.
gg: Kaip manote, kodėl pastaraisiais metais tiek daug kalbama apie pokalbių robotus?
Aleksandras Vityazas: Потому что этот опыт есть у большинства пользователей мессенджеров — боты есть десятки лет и люди к ним привыкли. Потому что есть легенда про простой вход в IT. Есть два мифа — один про тестировщиков, второй — про чат-ботов. Как легко вошел, так легко и вышел. Если ты не профессионал, то не задержишься в профессии. Некоторые бизнесы идут в мессенджеры, потому что там их аудитория. Некоторые идут, потому что нет бюджета на полноценное приложение. Приложения — это дорого. Это — дизайнеры, iOS-разработчики с огромными зарплатами и так далее. Но бывает так, что и деньги есть, и приложение есть, но аудитория живет в чатах — это ситуативно. У нас есть клиенты, у которых в чатах больше трафика, а есть — наоборот: чат — вспомогательный, а основной трафик в приложении.
Kalbos apie mažas įėjimo išlaidas yra spėlionės
Ar yra mažos įėjimo į mediciną išlaidos?Ir tai galioja bet kuriai profesijai. Aš prisijungiau, kas toliau? Jei nėra sugebėjimų, tas pats. Aišku, kad kursai, kuriuose mokoma programuoti, turi kažkaip save parduoti. Ir žinutė apie lengvą įėjimą yra ta, kad tai veikia. Bet tai beveik apgaulė.
gg: А что вы тогда скажете про zero coding?
Aleksandras Vityazas: Zero Coding сейчас уже ChatGPT делает. Надо ли учить это в школе, если подобную работу компьютер уже делает лучше?
Я вам скажу, что мы уже несколько человек уволили джуниоров, джаваскриптистов и дизайнеров, потому что GPT их работу делает лучше.
</ img>
Шуточная иллюстрация для социальных сетей, созданная дизайнерами Corezoid
gg: Тут у нас много общего с журналистикой…
Aleksandras Vityazas: А чем программа, с точки зрения языка и лингвистики, отличается от текста? И то, и другое — язык с разным синтаксисом. Текст на языке программирования — это подмножество естественного языка. Поэтому (упрощаю) GPT так легко и программирует, что это проще, чем освоить натуральный язык.
Nulinis kodavimas - egzistuoja kaip reiškinys, bet kaip profesija neegzistuoja, todėl tai yra nulinis kodavimas, kad visi gali juo naudotis
Pavyzdžiui, kokia yra inžinieriaus profesija?Turite gerai mokėti matematiką. Yra vertėjo profesija, yra kalbininkas. Kuris iš jų yra geriausias kalba? Kalbininkas. Vertėjas geriau moka kalbą. Klausimas: Jei sakome, kad kūrimo inžinierius yra vertėjas, galime atsisakyti žodžio „inžinierius“. O jei sakome, kad jis inžinierius, tai jis turėtų būti daugiau kalbininkas. Iš tikrųjų kalbotyroje yra daug matematikos. Štai kas yra matematika, nes ji yra struktūra, medžiai ir visa kita.
Į klausimą „Ar galima būti kūrėju nežinantMatematika, atsakymas yra ne. Galite apsimesti, kad daugeliui tai pavyko. Bet man niekada nepatiko šie posakiai – žemas kodas ir nulis kodas, nes už jų slypi esmė. Naudojant Corezoid, jums nereikia žinoti jokių kalbos specifikacijų. Bet jūs turite žinoti matematiką, turėti dalyko žinių, kad sukurtumėte sudėtingą algoritmą. O jei neturi nei gebėjimų, nei žinių, nieko nepadarysi. Tai yra, paprastas procesas - jūs tai padarysite, bet sudėtingas - ne.
Когда я учился в институте, моя профессия называлась прикладная математика, инженер-математик в дипломе записано. И тогда не было еще профессии программиста в чистом виде. Но структура этой профессии заключалась в том, что сначала ты учишь математику и параллельно учишься программировать на компьютере. А вот профессия DevOps (development & operations — методология разработки сложного программного обеспечения, которое постоянно совершенствуется в процессе использования — примечание редакции) — это вообще был соседний факультет. Потому что задача прикладного математика — сделать математическую модель, алгоритм решения задачи. Для этого, на самом деле, кроме головы, ручки и бумаги ничего не надо.
Чтобы различать программистов с инженерной подготовкой и без, рынок изобрел слово кодер. Иногда у него есть неприличная приставка 🙂
Безусловно, есть ребята самоучки, которые освоили основы профессии, но это больше исключение чем правило.
gg: Выходит, что разработчик чат-ботов — это тоже функция, но не существующая профессия?
Aleksandras Vityazas: По факту на джоб сайтах она есть, но, по моему мнению, — ее нет, это просто один из видов работ для программиста. Есть рынок. К примеру, какая-то компания проснулась, пишет в объявлении «Я хочу бота разработать». Какие-то люди туда приходят. Когда встречаются неквалифицированные заказчик и исполнитель, то то, что они смогут сделать, скорее всего, будет «не очень».
«Разработчиком» чат-ботов стать легко и поэтому перспектив у такой «профессии» нет. Это оксюморон типа «пользователь смартфона». Но есть профессия инженера, а разработка чат-ботов – один из видов работ, которую делает инженер. Надо становиться алгоритмистом, для этого пройти хотя бы начальный курс Computer Science.
gg:Какой бы вы совет дали для студентов — что им стоит изучать сейчас, чтобы быть конкурентоспособным в будущем?
Aleksandras Vityazas: Совет не меняется на протяжении 20 лет — изучать математику. Наша разница пока между тем, что мы называем интеллектом искусственным и естественным — в эмерджетности. В умении создавать и применять одни знания и порождать другие. Вот сегодня в GPT, там и близко нет интеллекта. Но ничто не помешает ему появиться. Пока есть ниша — соединять точки в графе, создавать знания.
Переводить как Google Translate техническое задание на JavaScript — это же не работа. Работа — это написать ТЗ
Например, если раньше на вакансию джаваскрипта мы получали в неделю 10 откликов, то сейчас, после появления GPT, уже 200. Разница в 20 раз. Конечно, есть еще фактор и военный, потому что часть фирм закрывается, переезжает, но тренд этот усилился именно с момента появления gpt. Зарплаты пока не падают. Специалистов начального уровня на рынке стало больше, а потребности в них — меньше. Я думаю, что для HTML-верстальщика потребность уже не вернется, скорее всего.
gg:Выходит, программисты в будущем больше будут заниматься архитектурой?
Aleksandras Vityazas: Но они, вообще-то, именно так и появились. Отец сегодняшнего взрыва с большими языковыми моделями, точнее, один из отцов, — Джуда Перл. Он придумал байесовские сети. То есть математический аппарат, который вот сейчас наконец-то получил реальное воплощение. Но когда он его придумал, он же формулы рисовал. А не ночью сидел за клавиатурой и текст набирал. Он создал матаппарат, который вот только сейчас смог реализоваться, потому что достаточно развились вычислительные мощности.
gg: Чат-боты уже достигли пика в своем развитии?
Aleksandras Vityazas: Не достигли, наоборот, все только начинается. Внедрение GPT позволит сделать коммуникацию качественно лучше, а применения разнообразнее.
Большая языковая модель (БЯМ) + прямые знания = экспертная система (ЭС)
Я больше скажу — безо всяких лингвистических моделей у нас в колл-центре ПриватБанка боты с 2005 года жили. И 70% клиентов, которые с ним общались, думали, что они общаются с человеком. Эти роботы работали просто по ключевым словам. Берешь статистику вопросов, пишешь на них ответы, ключевики — все прекрасно работает. Если человеку нужно узнать баланс, не надо же профессора сажать, чтобы ответить на этот вопрос. Так или иначе он в чате напишет «какой у меня баланс», «какой остаток». Какие-то синонимы. Я когда статистику увидел, то поразился. Большая Языковая Модель еще лучше работает. Но даже при тупой автоматизации правило Парето почти соблюдалось. Практически 80 процентов клиентов не понимали кто им отвечает, человек или робот.
gg: У вас в саппорте реально работает ChatGPT и отвечает не по скриптам?
Aleksandras Vityazas: У операторов на самом деле тоже есть скрипты. Это же не фристайл — что хочет, то и отвечает. Есть документация по продуктам, мануалы, которые можно полистать, FAQ всякие, тайминги и так далее. Сейчас у нас есть такая штука, которая называется «оркестратор коммуникации». Кстати, для понимания эволюции — когда мы только начинали работать с чатами и ботами, очень давно, это называлось бот-платформой. Но вот уже два года или больше это называется у нас оркестратор коммуникации. И эта эволюция названия показывает насколько наш взгляд изменился — от частного к общему. И вот сегодня у нас искусственный интеллект стоит в этом оркестраторе, как сотрудник. И тот, кто этот оркестратор настраивает, ставит его вместо реального сотрудника. Причем языковую модель можно подключать любую, не обязательно GPT, — гугловскую, фейсбуковскую или несколько одновременно. Ту, которая будет на рынке. Клиент заводит аккаунт, вводит ключи и подключает нужный ему интеллект.
gg: А нет ли риска, что GPT даст какой-то ответ, который будет нерелевантен или вообще нанесет вред?
Aleksandras Vityazas: Контролируйте, можно же проверить перед запуском, протестировать. А нет риска, что оператор чата напишет что-то не то? На человека гораздо больше издержки по управлению всем этим хозяйством. Да, за роботом нужно следить, но и за людьми тоже. Поэтому с точки зрения управления коммуникацией ничего не меняется.
gg: Какие новые возможности для чат-ботов появились в последний год?
Aleksandras Vityazas: Мультиканальность, БЯМ, ЭС. Мультиканальность — на рынок мессенджеров для бизнеса вышли Apple, Google, WhatsApp, Viber. Это увеличило требования к правильной архитектуре, качеству, юзабилити, дизайну и вообще подняло планку — для того чтобы попасть в партнеры надо очень и очень постараться. БЯМ позволяет лучше понимать вопросы клиентов и создавать новые продукты в мессенджерах — например экспертные системы. Это, в свою очередь, снижает требования к разработчиками ботов — простенькую ЭС-отвечальщика на вопросы по документации за пару минут может создать любой продвинутый пользователь ПК.
gg:А что изменилось с появлением ChatGPT? Это уже можно назвать изменением правил игры или еще нет?
Aleksandras Vityazas: Это создает новый интерфейс. В широком смысле слова. Предприятие — это какая-то функция, алгоритм. Меняет колеса, доставляет еду еще что-то, не важно. Осуществляет какую-то функцию. И для того, чтобы вы эту функцию употребили, вам нужен какой-то интерфейс. Приложение, бот на естественном языке, не на естественном. Формы какие-то и так далее. Но наш с вами нативный интерфейс — язык — появление большой языковой модели сильно упрощает.
Например, в банковском приложении 500 страниц. Добавление каждой новой фичи — это еще страницы, люди, задачи, документация, «бэкэнды» и прочее. А теперь представьте завтра добавилось 501-я услуга. И мы не обновляем приложение. Потому что вы эту услугу потребляете через бота.
Интерфейсы эти не сегодня появились — Siri, вот это все. Голосовые роботы IVR в колл-центрах — это ж их предтечи. Но у них не было большой языковой модели, то есть, Siri элементарно почти ничего не понимала. А еще с нашим акцентом она вообще ничего не понимала. Но вот именно эту задачу интерфейса большая модель и решила.
Как бы вы не перекрутили фразу: «молоко купи», «купи молока», «сбегай за молоком», Siri поймет там только две фразы из десяти возможных. А большая языковая модель поймет все
Исейчас уже любой чайник их может делать. Экспертную систему какую-то, например, для начинающих ваших коллег. Если у вас есть инструкция, вы ее даете большой языковой модели и дальше она может работать.
БЯМ это наши новые глаза, уши, язык и память. Несколько лет тому я говорил, что появится возможность общаться с мастерами прошлого на основе их работ. (Но перспективы у массового появления правильных собеседников есть: будут Чеховы в облаках, нейросети, построенные на основе произведений, писем и других сохранившихся текстов. У нас появится прямой доступ к величайшим умам, тогда вы, журналисты, сможете брать любые интервью и вам никто не откажет, — интервью от 2019 г).
gg:Потребителю она говорит какую-то цитату или правильный ответ на заданный вопрос?
Aleksandras Vityazas: Все еще интереснее — вы даете ей учебник геометрии за седьмой класс, и она после этого может решать задачки за седьмой класс. Речь идет уже не о буквальном понимании, а о понимании правил использования. И это как раз не сложно. Это все равно еще не интеллект, но интерфейс поменялся качественно, потому что вам уже не надо давать жесткие команды. Чем отличается натуральный язык от языка программирования? Жесткостью синтаксиса. Чтоб вас понимал компьютер в том виде, в каком он сегодня существует, без жесткого синтаксиса не обойтись.
И обычный программист — это переводчик с открытого синтаксиса на жесткий
Но кто-то передает информацию через этот синтаксис. Вот этот кто-то — это и есть настоящий инженер. Тот кто говорит, как и что сделать. В чем вообще разрыв в классической парадигме программирования? В том, что product owner (владелец продукта — так в разработке называют ответственного за развитие и управление разрабатываемого программного продукта — примечание редакции) не алгоритмист, но он, например, меняет валюту. А программист — не финансист и слова фьючерс и правил работы рынка не знает. И вот они между собой пытаются найти общий язык. И это проблема. С большой языковой моделью этот разрыв ликвидируется, мы все станем алгоритмистами и постановщиками задач. Потому что компьютер уже понимает почти любое наше сообщение.
gg:В ближайшее время даже в банковских приложениях мы должны увидеть какие-то голосовые функции?
Aleksandras Vityazas: Да там и раньше пытались, но плохо получалось. Для того, чтобы сделать нормальное голосовое управление приложений. надо было заниматься тем, чем 15+ лет GPT занимался (я имею в виду компанию OpenAI). И иметь соответствующего класса специалистов и финасирование. Для украинской компании это нереально — иметь такой бюджет и доступ к таким людям. И это касается не только Украины, а большинство стран и компаний. Мы видим сегодня, что от силы до 10 компаний в мире этим занимается. То есть их не десятки, и тем более не сотни. Потому что это дорогое удовольствие, gpt только на хостинг тратит сотни тысяч долларов в сутки.
gg:Кстати, о новых интерфейсах. Вы же делали приложение Приват24 для Google Glass. Как вы считаете — есть ли будущее у таких очков, например, сможет ли Apple сделать что-то, что изменит мир?
Aleksandras Vityazas: Google свой проект очков закрыла. У этих очков будущего нет. А вот у дополненной реальности будущее есть. А вот как она будет реализована — вопрос открытый. У большинства смартфонов автономность не очень сегодня, у очков еще хуже. Поэтому мы, когда приходим куда-то, сразу ищем зарядку. Это уже почти инстинкт.
Я не знаю, что это будет, вопрос не к очкам, как таковым, а к источникам питания. Как только они станут миниатюрными (либо беспроводными), какая-то однозначная, если не революция, то движение в ее сторону, произойдет. Автономности не хватает. То же самое мы видим сегодня и в смартфонах, и в электромобилях, везде. Автомобили точки, когда уже можно ездить (хотя еще не так, как на бензине), уже достигли.
gg: Когда кто-то говорит, что разработал чат-бота с ИИ, что он на самом деле имеет в виду?
Aleksandras Vityazas: До появления БЯМ — без понятия, преувеличивали наверное (смеется). Часто за ИИ выдавали ответы по ключевым словам. Реально сегодня использовать БЯМ для распознавания вопросов, создания ЭС, автоматизации работы кол-центров.
gg:У вас есть свое видение — как ИИ повлияет на человечество? Оно оптимистичное или пессимистичное?
Aleksandras Vityazas: Конечно есть, а у кого его нет?! (смеется) Во-первых, что считать оптимистичным или пессимистичным. Вот у вас, я знаю, есть коты. Вопрос: это вы ими управляете или они вами? А теперь вместо котов поставьте себя. Судя по фотографиям ваши коты счастливы.
Жизнь уже меняется. Но не все можно экстраполировать. Вот когда человек идет в первый класс можно экстраполировать его жизнь до института что с ним будет происходить. Ну, плюс-минус. А теперь представьте, что вы не можете экстраполировать. Мы можем фантазировать. Какой у нас горизонт планирования сегодня? Кто планировал полгода назад, что начнутся увольнения джуниоров, джаваскриптистов и операторов колл-центров? Никто.
Большинство людей не работает на самом деле интеллектуально, они работают физически
Так вот физический труд останется, а интеллектуальный — не у всех. Но он всем и не нужен. Вопрос про зарплаты и доходы как-то решится, потому что экономика никуда не денется, она будет трансформироваться вместе с трудом.
Книга “Монстры доктора Эйнштейна” сообщает, что модель Вселенной может рассчитать 100 человек в мире, сложность моделей удваивается каждые 20 месяцев. Дальше проэкстраполируйте самостоятельно.
Ежемесячная активная аудитория GPT в марте 2023 составила около 100 миллионов.
Удвоим с поправкой на умных но принципиальных, получается 200 млн. В мире 8 млрд человек. Всего 2,5% человеков прошло тест на любопытство и интеллект. Безусловно, со временем количество пользователей вырастет за счет упрощения доступа, встраивания в привычные интерфейсы и т. д. Но в данном контексте важен именно первичный импульс – только 2,5% захотело немедленно прикоснуться к агрегированным знаниям всего человечества. Это к вопросу о том сколько людей работает головой, а сколько физически. Практически, произошел тест Тьюринга наоборот — компьютер тестирует человечество на интеллект.
С другой стороны роботу не нужна кока-кола, штаны, тушь для ресниц. И когда появится правильный, настоящий, автономный искусственный интеллект (АИИ), часть привычной нам экономики начнет меняться.
gg:И чем больше будет роботов, тем больше потребуется людей, которые будут этих роботов создавать и обслуживать?
Aleksandras Vityazas: Роботы и АИИ — это две большие разницы. Роботы это материальное физическое присутствие АИИ, их нужно бесконечное количество. АИИ будет на старте несколько штук — по числу термоядерных стран, а в пределе 1, в науке это называется синглтон, There can be only one. АИИ без квантовых компьютеров не появится. АИИ очень связан с энергетикой. Во-первых, нужно очень много считать, во-вторых, вычислители нужно сильно охлаждать, в-третьих, все это нужно защищать физически и криптографически.
Роботы это следующие смартфоны и электроавтомобили, основной мозг которых находится в облаке. Пока их обслуживают люди. Но обслуживание электромобиля и бензинового автомобиля — это две большие разницы уже сегодня. Когда-то роботы научатся менять болтики и колеса. Это достаточно очевидно, это можно легко экстраполировать. Рабочие места для тех, кто работает руками, еще будут долго.
Все это постепенно поменяет принципы экономики, потому что суть экономики — это распределение и перераспределение доступа к энергии.
Если очень упростить, то когда запустится термоядерный реактор, появится энергетический коммунизм
Сегодня разница между самой бедной страной и самой богатой в количестве потребляемых киловатт на душу населения. Ну, или все можно привести к киловаттам. И вот, если возьмете американскую семью, там и какой-нибудь Бангладеш, то вы увидите, что разница между ними в доступе к энергии на порядки отличается.
Мы доход домохозяйства берем делим на стоимость киловатта, получаем количество энергии для среднего американца и среднего бангладешца. Но как только запустится условно бесконечный, бесплатный источник энергии, считайте, что наступил коммунизм с этой точки зрения. Нужно вам 50 киловатт в день? — Вот, берите. Это точка перегиба для библейской экономики (в поте лица твоего …).
Классическое понимание экономики исчезнет, как только появится условно-бесплатный источник энергии
Вам не надо зарабатывать деньги для того, чтобы работал холодильник. Или отопление, или еще что-то. Очень рекомендую книги Вацлава Смила, очень концентрированная пища для ума.
gg: И последний вопрос: как может использовать чат-ботов медиа, например, gagadget?
Aleksandras Vityazas: Есть много вариантов: стрим новостей, опросы, работа с комьюнити, подписка, инвойсы, размещение рекламы, объявлений, микрообучение, радио — сейчас это больше вопрос идей, а не технических возможностей – например, вы можете за пару часов настроить чат gpt который будет давать возможность читателям говорить с контентом всего вашего сайта, а это уже совсем новый опыт и для вас и для пользователей.
Загадка от Александра Витязя
Напоследок загадка про автономный искусственный интеллект от Александра Витязя: каким в этой схеме будет последнее слово?
</ img>
Viršyta QUOTA_BYTES_PER_ITEM kvota