Miranda Moss — художница, робототехник, экогик из Кейптауна. Фокусирует свою практику на различных
Daniel Brownell — программист, биохудожник, работает с экранами, связан с решением проблем в области онкологии и окружающей среды.
De robot kijkt door het ei
Daniel: Mijn grootvader was een kippenfokker: hij verdeelde de kippen vakkundig naar geslacht. Как ни странно, в этом вопросе до сих пор существовало множество проблем. Одну из них, связанную непосредственно с определением пола, нам удалось решить в последние три года с помощью проекта Gallus Gallus Roboticus.
Miranda: We proberen een gevoelige robot te maken om de kippen in de gaten te houden. Наша цель состоит в том, чтобы он понимал, «девочка» перед ним или «мальчик», пока курочка находится еще в состоянии яйца. С точки зрения коммерции это очень важно. Работая над проектом, я, безусловно, учитывала свой художественный бэкграунд. Особенно исследуя вопрос, что случается, когда нишевая группа имеет премиум-доступ к технологиям. Взаимодействие роботов и людей вызывает очень много вопросов: например, военная сфера или что происходит, когда мы даём возможность группам, порой даже таким абсурдным, как курицы, взаимодействовать с роботами.
Hoe je een robot programmeert en bouwt als menselijke activiteit er een bedreiging voor kan lijken. Как на самом деле создавать и развивать его. Одна из мыслей: чтобы не мешать роботу, мы можем просто надеть костюмы курочек, но мы пока не уверены в этом.
Hoe wetenschap en kunst te combineren: twee meningen
Het combineren van kunst en wetenschap is een soort holistisch idee. Между ними слишком много различий, хотя они мне кажутся довольно глупыми. Я заинтересована в инжинировании проекта, но это довольно сумасбродно — определение этих дисциплин вместе. Хотя мы уже знаем существующие рабочие схемы и что такое искусство и наука, конечно, или STEM (наука, технологии, инженерия и математика — «Хайтек») в целом.
Ik ben opgegroeid in Zuid-Afrika, dus ik had de kans om kunst te observeren. Это фактически то, как я выросла, стала художницей и как создаю искусство. Также у меня есть степень бакалавра, связанная с искусством. Но у меня не было доступа к получению научного образования. Когда мне было около 20 лет, я подумала, что было бы классно заняться наукой и создать своё собственное исследование. Долгое время я была без какого-то бэкграунда и технических навыков. То, откуда я пришла — изучение искусства, включало в себя только изучение философии и других направлений, связанных с этим. Как правило, это те сферы, в которых люди развивают свои софт-скиллы. При этом традиционно существовало некоторое разделение между софт-скиллами и технологичными навыками.
Д: Экологические, политические проблемы и любые технологии должны иметь жизненный цикл и последствия. Я изучаю computer science. Три дня в неделю я занимаюсь своей разработкой. Также я занимаюсь в центре по работе с раком. Что касается моего бизнеса, он больше фокусируется на окружающей среде.
Computer science служит для великой цели. Это наука о решении проблем. Компьютеры мне всегда импонировали, потому что я думал, что компьютерный язык универсален, и казалось, что большинство программ внутри компьютера не связаны со внешним миром.
М: Но технологии все теснее связаны с жизнями людей во вне. И поскольку вычислительный язык — универсальный, я решила, что нужно сделать что-то хорошее для мира. Несмотря на то, что как будто бы все хорошее уже сделали, далеко не все доходят до стадии, где они они способны свои навыки использовать для того, чтобы действительно производить что-то хорошее. Кажется, я до этой стадии дошла.
Несколько лет назад я решила поломать научный канон, потому что все говорили: «Ой, девушки не делают роботов». Ik dacht: "Wat bedoel je?Ik ga natuurlijk robots maken! " En ik wilde ook begrijpen in hoeverre ons lichaam kan fungeren als voorspellers van de ideeën die we willen projecteren. En Daniel en ik hebben lang en lang in één richting nagedacht: op het gebied van robots en kunstmatige intelligentie. Voor het grootste deel zijn we het bij de problemen waarmee we werken eens en zien we dat niemand bereid is om te gaan met veel problemen die verband houden met moderne robotica en met ethische problemen. Daarom werken we aan een kunstproject: we kunnen specifieke idealen en specifieke ideeën onderzoeken.
D: Artistieke praktijk stelt je in staat om uit de retoriek van de industrie te komen. Потому что индустрия хочет решать конкретные проблемы, в то время как искусство менее сосредоточено на решении конкретных проблем и искусство позволяет тебе что-то придумывать или просто весело проводить время.
De eerste stap naar robotkuikens
M: Voor ons project is het maken van een robot slechts de eerste stap. И уже есть много вопросов к следующим шагам. К примеру, что будет происходить через несколько поколений? Если у нас уже будут робоцыплята, то как по отношению к ним будет производиться импринтинг со стороны цыплят?
Д: Если мы сможем сделать робота, который научится взаимодействовать с цыпленком, — это будет потрясающе. Ik denk dat ik gewoon wil verschijneneen robot die zinvol handelt en iets doet. En naarmate het project vordert, kunnen we misschien iets gecompliceerder doen en mogelijkheden toevoegen voor de robot om te communiceren met de omgeving.
M: Voor ons is de vraag slechts assimilatie: hoe kunnen robots in de omgeving worden ingepast. Но там есть «магическая часть», над которой я очень хочу поработать в следующем году — работа с цыплятами. Здесь есть базовый вопрос: почему мы решили, что знаем, чего хотят цыплята? И как мы можем запрограммировать робота, который понимает цыплят? Как мы можем навязать представление о грустном или веселом цыпленке нашему роботу, чтобы он потом распознавал? На каком основании это решение будет приниматься? Я хочу понять, можем ли мы создать систему, которая поможет понять, как достать нас как человеческий вид из этой же системы. Сможем ли мы натренировать искусственный интеллект так, чтобы он говорил по-цыплячьи, чтобы интеллект распознавал, что курица планирует отложить яйцо в тот момент, когда она действительно планирует отложить яйцо. И, наконец, сможем ли добраться до стадии, в которой ИИ посмотрит на яйцо и поймет: «Ага, это будет петух!» или «Это будет курица».
D: Ik ben meer geïnteresseerd in de basisvragen van computervisie: welke sleutels het intellect kan identificeren in interactie. Но меня интересует, конечно, более глубокая сторона этого вопроса: данные, которые мы получаем, можно использовать для того, чтобы трансформировать их, создавать новую симуляцию и тренировать алгоритм в облаке, то есть данные, которые робот получает из взаимодействия в реальном мире, могут стать в общем-то вселенной снов этого робота, в котором он будет взаимодействовать вновь и вновь, и обкатывать другие решения.
M:Door samen te werken met ingenieurs, technologen en programmeurs, kan ik min of meer een technologische taal spreken, maar ik heb moeite om een open geest te garanderen en de bereidheid te delen wat intuïtie geeft. Этого тяжело добиться, но мы с Дэном можем это осуществить в наших взаимодействиях. Нам в этом помогли шутки: мы смотрим вместе глупые видео на YouTube. Эти моменты очень важны, потому что, когда мы смотрим странные видео, мы брейнстормим. Когда мы брейнстормим, мы генерим странные мысли, и вот в этом есть идея.
Zie ook:
Hoor NASA's Perseverance-rover over Mars bewegen
Natuurkundigen hebben een analoog van een zwart gat gemaakt en de theorie van Hawking bevestigd. Waar leidt het toe?
Mensen zijn bestand tegen zeer lage temperaturen, zelfs zonder warmtebronnen